Anatoly Levenchuk (ailev) wrote,
Anatoly Levenchuk
ailev

Олди, "Черный Баламут"

Дочитал, наконец. Вот некоторые мысли по поводу:

1. Очень интересно, сколько человек в России прочли оригинальную "Махабхарату", а сколько олдевского "Черного Баламута".

2. Махабхарата -- первое в мире "письмо счастья". Достаточно ее читать самому и распространять -- будет вам щастье в этой и следующих жизнях, а хулящим -- беды неисчислимые. Прием простой, но на несколько тысяч лет хватило.

3. Махабхарата -- это первая в мире мыльная опера. Традиционное кипение родственных страстей, когда каждая правда о великих тайнах кто кого когда от кого родил сильно поворачивает сюжет. Но Махабхарата в этом смысле даже круче, ибо число серий зашкаливает, и вся эта мыльность происходит в условиях многоженства и многомужества, да еще отягчается монархией.

4. Все многообразие ситуаций, куда попадают герои "Черного Баламута", практически укладываются в схему лонгитюдного исследования, которую любит перерассказывать Кен Уилбер: это исследование Колберга по ответу на вопрос "украдете ли вы лекарства для умирающего члена семьи?". Ответ на протяжении жизни меняется: "да", "нет", "да". Но первое "да" и последнее "да" существенно разнятся. Первое "да" -- это "да, украду конечно. Это же моя семья!". Второе "Нет, не украду. Если каждый будет нарушать правила, воровать -- то это будет еще хуже, чем если умрет один человек. Общество важнее, чем моя семья". И третье "да" -- это "Да, украду. Ибо три доллара несопоставимы с ценой человеческой жизни, кто бы это ни был". А интерес к бесчисленным повторениям этой незамысловатой схемы поддерживает неопределенность того, что в мыльной опере на каждом ее такте означает "моя семья" для разных персонажей.

5. Фэнтезийный постмодернизм густым повидлом -- магия описана супертрадиционно. От практически стандартной метафоры накопления/передачи магической силы до разных типов визуализации магических техник у разных людей (например, у Желязны один маг видит заклинания ниточками, а другой -- световыми лучиками -- с одинаковыми внешними эффектами. У Олдей один видит себя в битве пауком, а другой -- зеркалом, тоже с равным результатом). От набившего оскомину развития сюжета с роботами, которым "не дано любить, патамушта не человек" до изнуряющих своей навязчивостью приемов "художественного писательства", описанных Борхесом ("Вода была широка. И широко шли круги по воде. Шли они, шли от того места, куда только что упал камень. А камень этот в задумчивости кинул ничем не приметный человек. А человек этот был Героем, и задумывал он то-то и то-то" -- растяните это "внимание к деталям" на десять раз по паре страниц, и вы меня поймете). Нет, я понимаю, что сейчас вся литература такая, но все-таки...

6. Самый интересный для меня поворот сюжета -- это организация научных исследований в раю. Там есть и действительные находки, типа лабораторного ада-в-раю, чтобы раскаявшиеся, но недоискупившие свою былую вину грешники смогли и жить в раю, и продолжать адские муки (в данном случае -- заходя в ад добровольно, относясь к этому, как болезненным процедурам при лечении болезни).
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments