Anatoly Levenchuk (ailev) wrote,
Anatoly Levenchuk
ailev

Мама, перестрой меня обратно.

Вышла наша с v_novikov небольшая заметка на тему возврата утраченных за послеперестроечные времена свобод: http://www.gazeta.ru/comments/2008/08/26_a_2821835.shtml. Нами было предложено три заголовка, но редакция с ними не согласилась:
1. Мама, перестрой меня обратно.
2. После наноускорения -- перестройка 2.0
3. Перестройка путинского застоя.
Обнуление "путинского застоя"

Примером того, как давать людям свободу, служат нормативные акты перестройки. Половинчатые и непоследовательные, они обладали существенным достоинством: разрешали людям делать то, что раньше было запрещено.

Разрешали создавать предприятия. Разрешали иметь иностранную валюту. Разрешали выезжать за границу. Разрешали свободно обсуждать любые проблемы, включая политические. Было запрещено торговать, затем торговать стало можно – на самом излете перестроечных времен это разрешила это одна страница текста указа с символическим названием «О свободе торговли» (Указ президента РФ от 29.01.1992 N 65). Этот указ обнулял ввозные таможенные пошлины и даровал свободу торговать кому угодно, чем угодно и где угодно. Половинчатость и непоследовательность заключалась в том, что предлагалось установить прогрессивный налог на прибыль от торговых операций, если их рентабельность превышала 50%.

Подобные акты стали появляться в тот момент, когда отдача от «ускорения» (инновационных мероприятий в машиностроении, типа нынешней кампании по поводу нанотехнологий) оказалась явно недостаточной для быстрого наполнения пустых прилавков. Нужно было не «стимулировать прогресс», а реально разрешить людям заниматься принципиально новыми делами.

Перестройка коротенькими указами привилегии избранных превращала в права каждого, традиционные свободы иностранцев распространяла на жителей России, на деле реализуя лозунг: «Все, что разрешено иностранцам, можно и россиянам».

Термин «путинский застой» появился в 2003 году, после осознания того, что разрешающие декреты кончились давным-давно, еще в 1993–1994 годах. Кончились не потому, что россиянам уже стало разрешено все, что разрешено иностранцам, – отнюдь. Просто коллектив из 450 постоянно работающих депутатов неожиданно начал даровать запреты вместо свобод.

Оказалось, что свободы в таком политическом коллективе согласованы быть не могут, зато отлично принимаются запреты, на каждом из которых висит пудовая гиря частных чиновных и бизнес-интересов.

Торговать, например, теперь можно не всем, не чем угодно, не где угодно, а ввозные пошлины вовсе не нулевые. Но этого мало, и вот переданный недавно на дальнейшую доработку в Минпромторг проект «Закона о торговле» содержит уже 22 (двадцать две!) страницы разнообразных запретов и предписаний. Перестроечное слово «свобода» куда-то из названия потерялось, по факту возможность торговать рассматривается в этом законопроекте уже не как право, а как привилегия. Особенно ограничивается в этом проекте закона успешная торговля.

Если вас – торговца – не задавили в конкурентной борьбе, то государство конкурентам поможет и не даст вам от этих конкурентов оторваться, например, запретив приобретать и арендовать новые торговые помещения или слишком дешево покупать товары у поставщиков.

Содержание закона адекватно нынешней застойной идеологии бега на месте, идеологии социалистической конкуренции по Высоцкому: « Красота: среди бегущих первых нет и отстающих – бег на месте общепримиряющий».

Этот бег на месте был бы хорош, если бы соседи по глобусу резво не бежали бы в это время вперед, несмотря на проникновение идей бега на месте и в их собственные законодательства. Есть только один способ рвануть за ними: возобновить перестройку. Можно и нужно снять как остающиеся еще с советских времен старые экономические запреты, так и появившиеся уже в постперестроечное время новые. Закончить приватизацию, начать торговать землей, электроэнергией и газом в полном объеме, убрать запреты на использование GPS, не задавать лишних вопросов о размере заработной платы или гражданстве работников, если речь идет о добровольной сделке, освободить 96% радиочастотного спектра, занятые преимущественно силовиками, кардинально упростить налоговую систему, уничтожить пошлины (и не только ввозные), разрешить половине молодежи работать и учиться вместо службы в армии (вторая половина и так имеет эту возможность, несмотря на декларированное Конституцией равенство полов).

Долой застой, даёшь Перестройку 2.0! Короткие нормативные акты, долговременные их последствия, новый простор для творческой энергии людей.

Конечно, множественные разрешения в экономике вызывают озабоченность не меньше, чем множественные запреты. Мало кому хочется жить в мире, где правит чистоган, а большие кошельки определяют, что делать остальным людям, не столь успешным в бизнесе. И когда после «проклятых девяностых» оказалось, что бороться с людьми-кошельками не проще, чем с партийной номенклатурой, на помощь позвали депутатов и чиновников. Пусть они «поправляют» решения, продиктованные корыстным интересом.

Однако в управленческой арифметике, как и в обычной, от перемены мест слагаемых сумма не меняется: одинаково плохо, даем ли мы бизнесменам управлять государством или депутатам управлять бизнесом.

Результатом все равно будет власть чинов-менов (чиновников-бизнесменов), частные бизнес-интересы которых по защите от конкурентов переплетаются с чиновной необходимостью отчитываться перед государством о росте вверенной отрасли (в остальных – хоть трава не расти) и подкрепляются государственной охран(к)ой. От партийной номенклатуры в ходе перестройки избавились, к номенклатуре чинов-менов стремительно приходим.

Тем временем запретов накопилось уже столько, что в современных интеллигентских кухнях – нарочито плохо отделанных кафе – вновь начались политические разговоры. Там мы и услышали: «Мама, перестрой меня обратно».

Анатолий Левенчук, Координатор Московского Либертариума
Вадим Новиков, Ст.н.с. АНХ при Правительстве РФ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 37 comments